 |
 |
|
|
Автор вопроса: Игорь П., владелец торгово-производственной компании (г. Нижний Новгород).
«Здравствуйте, уважаемая редакция! Мы с партнером уже месяц спорим: нанимать штатного юриста или заключить договор с юридической фирмой на аутсорсинг? Партнер говорит, что сотрудник «свой», всегда под рукой, и с него проще спросить. А сторонняя фирма — это где-то далеко, и непонятно, кто именно будет заниматься нашими делами. Мой главный страх — ответственность. Если штатный юрист проиграет суд или пропустит срок подачи документов, я могу его уволить, но деньги компании это не вернет. А если ошибется юридическая компания? Пишут про «гарантии качества», но это общие слова. Объясните простым человеческим языком: какие реальные, юридически закрепленные гарантии получает бизнес, подписывая договор с юрфирмой, которых нет при найме сотрудника? Есть ли смысл переплачивать за договор, если результат в суде все равно никто не может гарантировать на 100%?»
Отвечает: Андрей Владимирович Малов, основатель юридической фирмы Malov & Malov.
Давайте сразу расставим точки над «i». Ваш партнер рассуждает категориями эмоционального комфорта — «свой человек рядом», — но бизнес требует категорий финансовой безопасности. Главная и самая существенная гарантия, которую вы получаете при переходе на юридическое обслуживание организаций, — это полная материальная ответственность исполнителя. Это тот фундамент, на котором строится отличие гражданско-правового договора от трудового.
Смотрите, как это работает на практике. Когда у вас в штате сидит юрист, ваши отношения регулирует Трудовой кодекс. Допустим, ваш сотрудник совершил грубую ошибку: забыл подать апелляционную жалобу, и компания потеряла миллион рублей. Что вы можете с ним сделать? Объявить выговор. Уволить. Но взыскать с него убытки вы сможете только в пределах его среднего месячного заработка (статья 241 ТК РФ). Если же вы захотите взыскать полную сумму ущерба, вам придется доказывать умышленное причинение вреда, что в случае с простой халатностью или некомпетентностью практически невозможно. По сути, за ошибки штатного юриста всегда платит собственник бизнеса из своего кармана.
В случае с юридической компанией ситуация диаметрально противоположная. Наши отношения регулируются Гражданским кодексом (глава 39 «Возмездное оказание услуг»). Здесь действует принцип полного возмещения убытков (статья 15 и статья 393 ГК РФ). Если юридическая фирма пропустила срок, неправильно составила договор или допустила иную профессиональную оплошность, повлекшую прямой ущерб для клиента, она обязана компенсировать этот ущерб до последней копейки. Это не просто «обещание», это императивная норма закона. При заключении договора на обслуживание в компании Malov & Malov мы, например, четко прописываем эту ответственность.
Вторая гарантия — это непрерывность процесса. Штатный сотрудник — живой человек. Он болеет, уходит в отпуск, берет декрет или внезапно увольняется одним днем. В этот момент ваша компания остается без защиты. Договор с юридической фирмой гарантирует, что «юрист» не заболеет никогда. Потому что вы нанимаете не Иванова Ивана Ивановича, а функцию. Если ведущий ваше дело специалист заболел, его тут же подхватывает другой сотрудник фирмы, погруженный в контекст. Для вас процесс не останавливается ни на минуту.
Третья гарантия — это гарантия компетентности, или так называемый «коллективный разум». Ни один, даже самый гениальный штатный юрист не может знать всё. Сегодня у вас налоговая проверка, завтра спор по интеллектуальным правам, послезавтра — трудовой конфликт. Универсалов не существует. Заключая договор на обслуживание, вы получаете гарантию того, что вашей проблемой будет заниматься профильный специалист. В структуре крупной юридической практики над сложной задачей работает группа: налоговик анализирует риски, судебник строит стратегию защиты, а корпоративный юрист готовит документы. Вы покупаете опыт целой команды по цене одного специалиста.
Таким образом, договор на абонентское обслуживание — это, по сути, ваша страховка от профессиональных ошибок. Вы трансформируете неопределенные риски человеческого фактора в понятные договорные обязательства с финансовым обеспечением.
Чтобы глубже понять природу гарантий, нужно посмотреть, как на эти отношения смотрит высшая судебная инстанция. В 2026 году суды придерживаются позиций, сформированных еще в знаменитом Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек…» и ряде последующих разъяснений, касающихся качества услуг.
Верховный Суд четко разделяет обязательства «результата» и обязательства «усилий». Многие клиенты ошибочно полагают, что главная гарантия юриста — это победа в суде. Однако закон запрещает гарантировать исход дела, так как решение принимает судья, а не юрист. Но здесь вступает в силу важнейшее разъяснение Пленума: отсутствие гарантии победы не освобождает исполнителя от гарантии качества работы.
Суд указывает, что профессиональная юридическая помощь должна оказываться добросовестно, разумно и квалифицированно. Что это значит для вас как для заказчика? Это значит, что если юридическая фирма проиграла дело не потому, что позиция была слабой, а потому, что юрист не явился в заседание, не заявил важное ходатайство или не представил имеющиеся доказательства, — это считается некачественным оказанием услуг.
Пленум Верховного Суда неоднократно подчеркивал: заказчик имеет право требовать не просто формального присутствия юриста в суде, а активной защиты своих интересов. Если будет доказано, что действия (или бездействие) юридической фирмы привели к проигрышу или убыткам, заказчик вправе требовать возврата гонорара и возмещения убытков. Суды сейчас очень внимательно изучают именно процессуальное поведение представителей. Если раньше достаточно было просто «походить в суды», то теперь оценивается глубина проработки правовой позиции.
Еще один важный аспект, который разъясняет Верховный Суд, касается взыскания судебных расходов. Когда вы работаете со штатным юристом, вы платите ему зарплату. Эти расходы практически невозможно взыскать с проигравшей стороны в суде. Суды считают это текущими расходами на деятельность предприятия. Однако, если у вас заключен договор с юридической фирмой, расходы на ее услуги подлежат возмещению проигравшей стороной. Это мощная финансовая гарантия: в случае успеха в споре ваши затраты на юридическое обслуживание фактически компенсируются оппонентом. Пленум ВС РФ дал четкие критерии «разумности» таких расходов, что позволяет добросовестным компаниям возвращать значительные суммы, потраченные на внешних консультантов.
Таким образом, судебная практика стоит на защите интересов заказчика: она не требует от юриста невозможного (гарантированной победы), но жестко спрашивает за профессионализм, активность и соблюдение процессуальных стандартов.
За 18 лет работы компании Malov & Malov мы видели множество ситуаций, которые наглядно показывают разницу между гарантиями аутсорсинга и рисками «штатника». Приведу три показательных примера, изменив названия компаний для конфиденциальности.
В 2021 году к нам обратилась строительная компания «СтройМонолит». До этого они работали со штатным юристом. Ситуация была классической: юрист вел сложное дело о взыскании долга с подрядчика на сумму 5 миллионов рублей. Первую инстанцию они проиграли (что бывает), но юрист просто забыл подать апелляционную жалобу в месячный срок. Причина — личные семейные обстоятельства, из-за которых он был в стрессе. Когда директор узнал об этом, решение уже вступило в силу. Уволить юриста уволили, но 5 миллионов было потеряно безвозвратно.
Сравним это с ситуацией нашего клиента, компании «Логистик-Групп». Произошел технический сбой, и наш сотрудник допустил ошибку в расчетах неустойки в иске, из-за чего клиенту отказали в части требований на сумму 300 тысяч рублей. Мы признали это нашей профессиональной ошибкой. Поскольку в договоре на обслуживание прописана ответственность, мы компенсировали клиенту эту сумму в счет будущих услуг. Для бизнеса это была реальная гарантия сохранности средств. Клиент остался с нами, так как увидел, что мы отвечаем за свои слова деньгами.
Торговая фирма «Альтаир» имела в штате одного юриста-универсала. Когда пришла выездная налоговая проверка с претензиями на 20 миллионов рублей по НДС, штатный юрист растерялся. Он отлично знал договорное право, но в налоговых спорах и тонкостях общения с ФНС плавал. В итоге он предоставил инспекторам документы, которые давать был не обязан, чем существенно ухудшил положение компании.
Противоположный пример — наш клиент, завод «ТехноПром», который находится у нас на абонентском обслуживании. При аналогичной проверке мы немедленно создали рабочую группу. Налоговый консультант занялся документами, адвокат по уголовным делам проинструктировал директора и главного бухгалтера на случай допросов, а специалисты по судебным спорам начали готовить возражения на акт проверки. Благодаря такой специализации нам удалось отбить 90% претензий еще на досудебной стадии. Это и есть гарантия компетентности: один человек физически не мог бы закрыть все эти фронты качественно.
Владелец сети кофеен планировал продажу франшизы. Его юрист готовил пакет документов три месяца, а за неделю до старта продаж положил заявление на стол и ушел к конкурентам на большую зарплату. Никакие уговоры не помогли. Процесс встал, компания потеряла время и первых потенциальных клиентов.
У нашего клиента, IT-стартапа, была похожая задача — подготовка к сделке с инвестором. Ведущий юрист проекта из нашей фирмы сломал ногу и попал в больницу на месяц. Клиент даже не заметил просадки в работе: в тот же день дела принял руководитель практики корпоративного права. Сделка была закрыта в срок. Это гарантия непрерывности бизнес-процессов, которую обеспечивает именно структура юридической фирмы, а не личность конкретного исполнителя.
Все эти примеры говорят об одном: договор с юридической компанией — это инструмент управления рисками, который превращает человеческий фактор в системную работу с гарантированным уровнем качества.
Игорь, подводя итог, хочу дать вам несколько конкретных рекомендаций, как действовать сейчас: