 |
|
| ГЛАВНАЯ |  |
НОВОСТИ | |
ПУБЛИКАЦИИ | |
МНЕНИЯ | |
АВТОРЫ | |
ТЕМЫ |
| Воскресенье, 8 февраля 2026 | » Расширенный поиск |
 Путин премиум
В связи с недавней инициативой Кремля и российского МИДа об уничтожении сирийского химического оружия многие авторитетные наблюдатели (замечу, в наш век, чтобы наблюдать, надо уже обладать изрядным авторитетом) стали говорить о: 1. Неожиданно резком возрастании роли России на международной арене; 2. Нобелевской премии мира для главного автора инициативы, Президента РФ Владимира Путина. Попробуем разобрать ситуацию по пунктам. П. 1 — ерунда, конечно. Россия, выдвигая идею с сирийским химоружием, не создавала никакого нового международно-политического качества. Отсрочка атаки на Сирию нужна была в первую очередь нашему глобальному патрону — Вашингтону. Американский лидер (и по совместительству неформальный председатель земного шара) Барак Обама не успел толком создать международную коалицию для серьезного нападения: в решающий момент отказались участвовать в войне лучшие друзья британцы. И в Конгрессе США пока нет единства (оно же большинство) касательно необходимости громить режим Башара Асада и тем самым создавать, что почти неизбежно, новый Ирак вкупе с Афганистаном, да еще прямо на границе с Израилем. Так что Обаме кровь из носу требовался повод, чтобы выждать месяц-полтора. Здесь-то на помощь и пришел верный Путин. Который на словах любит осуждать беспардонную американскую гегемонию, а на деле как человек умный понимает, что никуда нам от нее не деться и лучше подыграть старшему брату. Особенно если этот близкий родственник сумеет в правильном месте пустить слезу и прижать младшего брата к любящей сверхдержавной груди. Что же касается п. 2 — эта тема заслуживает самого серьезного рассмотрения/обсуждения. Тем более что о Нобелевской премии мира для Путина мы с вами, дорогой читатель, заговорили едва ли не первыми в мире — полтора года назад, и именно здесь, в «МК». Напомню, аргументация наша была проста. В условиях России с ее ментально-историческими традициями В.В. было очень легко стать кровавым тираном. И тогда никто не посмел бы назвать его диктатором. Но он, применив редкий для нашей политики метод самоограничения, кровавым тираном не стал. За что его смело, прямо в лоб, и называют диктатором, причиняя нравственные страдания. Разве все это не заслуживает Нобелевки в качестве компенсации? Отложение атаки на Сирию — тоже в кассу. Но сегодня, когда нобелевские перспективы замаячили на реальном горизонте одинокой путинской судьбы, я хотел бы дать непрошеные советы: как существенно увеличить вероятность присуждения самой престижной международной награды нашему президенту. Если бы меня пригласили на Валдай — скажем, на закрытую свадьбу щенков лабрадора Кони (Полгрейв) и болгарской овчарки Баффи, я бы сказал, что для достижения благой цели предпринять надо ровно три шага. 1. Смягчить принятый в 2012 году закон об ограничении пропаганды гомосексуализма среди несовершеннолетних, ассоциируемый (отчасти ошибочно) с депутатом Госдумы Еленой Мизулиной. Положим руку на коллективное сердце: закон — лажа, чистая формальность. Никаких гонений на адептов однополой любви он фактически не вводит. Это признает даже сама Мизулина в минуты откровенных интервью. Дурацким законом Кремль добился только двух результатов: а) нарастания градуса неприятия ЛГБТ-сообщества в нашей консервативной России; замечу, кстати, что в этой гиперконсервативной стране очень принято выбрасывать новорожденных в мусорные баки, а заодно с целью добывания средств на необходимые алкоголь/наркотики, продавать несовершеннолетних для сексуальных утех — но это так, к слову; в конце концов, консерватизм каждый понимает по-своему; б) мощного удара по международной репутации России как страны, где якобы ущемляются права гомосексуалов. Смягчить закон, чтобы не подрывать властную уверенность в себе, просто. Документ ведь предполагает некое смутное и туманное ограничение пропаганды «нетрадиционных сексуальных отношений». Надо просто исключить гомосексуализм из перечня таких отношений, оставив там лишь зоофилию и дендрофилию (нездоровую страсть к растениям). Ну и педофилию, конечно. Ведь если от 5 до 7 процентов людей на свете рождаются гомосексуалами — и остаются ими по генетическим причинам, — то это вещь вполне традиционная, не так ли? Не мы ли изучали еще в школе историю античного мира? Не считаем ли мы Леонардо да Винчи и Микеланджело великими художниками? Наконец, как мы относимся к тому, что в современной российской власти, включая Госдуму, Администрацию Президента и Правительство РФ, немало геев, притом не очень-то и скрытых? Конечно, в России так принято, что нечто, рекомендуемое элитам, объявляется вредным для народа, и наоборот. Но — до определенной все-таки степени. 2. Избавиться от неудобоваримого определения «иностранный агент» для некоммерческих организаций (НКО). Ну, в конце концов, мы же живем в стране иностранных агентов. Всякий уважающий член элиты у нас держит основные активы — деньги, недвижимость и т.п. — за границей, в евроатлантическом мире. Потому что так гораздо надежнее — ТАМ, у них, есть реальное право собственности, в отличие от РФ, где из собственников уволить не сложнее, чем из наемных работников. Были бы под рукой коррумпированные силовики и точно такой же суд. Как могут люди, которые жизненно важные органы чувств положили в зарубежные тиски, не быть по сути иностранными агентами? Да и сами оные агенты в России всегда были популярны. Вспомним самого могущественного из них — профессора Воланда, которого правоохранительные структуры хотели как-то зарегистрировать, но так почему-то и не зарегистрировали. Выход прост: немного смягчаем Закон об НКО, убирая одиозную формулировку, а по сути оставляя почти все как есть: получил иностранное финансирование — отчитывайся особым образом. Не страшно. 3. Самое главное — полноценно освободить политических заключенных. Здесь я бы выделил особо четыре группы жертв, хотя не настаиваю, что список этот исчерпывающий: а) все сидящие по делу ЮКОСа; б) узники «болотного дела» — стрелочники, попавшие под раздачу по итогам акции на Болотной площади 6 мая 2012 года, когда «лидеры народного протеста» забыли предупредить активистов, что планируют некую бузу; а когда буза уже спланировалась, власть специально посадила людей простых и незамысловатых, чтобы объяснить всем остальным: больше верьте оппозиционерам, они вас обязательно подставят и доведут до цугундера, а сами потом отправятся к Путину на Валдайский форум как ни в чем не бывало; в) молодые дамы из группы Pussy Riot — независимо от отношения к их акции-2012 в храме Христа Спасителя; г) вообще все осужденные и обвиняемые по статье 282 УК РФ (экстремизм во всех его проявлениях), изначально ненужной, изжившей и пережившей себя еще в момент рождения. Есть и прекрасный день, в преддверии которого описанные выше меры 1–3 могут быть приняты: 7 февраля 2014 года. Это мой день рождения. Но не только. В этот день открывается зимняя Олимпиада в Сочи — главное дочернее событие Владимира Путина за всю его политико-спортивную карьеру. Символические (для Кремля) и очень реальные (для всех остальных) жесты могут и должны быть сделаны до Олимпиады, чтобы придать этому событию совершенно новый контекст и правильное гуманитарное измерение. Если на время спортивных состязаний такого уровня и масштаба в древности было принято прекращать войны, то в наши дни Кремль мог бы резко сократить масштабы войны со своим собственным народом. Что тоже недурно. И если на подготовку к зимним Играм-2014 потратили, как говорят добрые языки, больше $60 млрд, что беспрецедентно для мировой истории спорта, то смягчение законов и большая амнистия полностью оправдают эти расходы. Даже процент воровства в бюджете. Не случайно Сочи на днях уже почти смыло небесными водами, но олимпийская столица уцелела. Поскольку готовится к исполнению своей подлинной, сверхспортивной миссии. Понятно, почему Путин колеблется со всеми этими мерами. Он слишком обижен на прогрессивную общественность и не верит ей. Он небезосновательно подозревает, что его милость и милосердие встретят новую волную ярости: мол, кровавый тиран дал слабину, а так мы все равно считаем, что ничего хорошего от него ждать не приходится. Пусть так. Пусть скажут. Милосердие выше благодарности. Как сказано в одной известной книге, «Господь, видящий тайное, воздаст тебе явно». А там уже и до Нобелевской премии мира совсем недалеко. В конце концов, что мешает ныне живущему лауреату Михаилу Горбачеву номинировать Владимира Путина? Только отсутствие руководящего указания откуда надо. Станислав Белковский Материал МК |
|
| Copyright © 2006-2019 «Агентство Политических Новостей Северо-Запад» При полном или частичном использовании материалов, ссылка на "АПН Северо-Запад" обязательна |
