Медведеву вполне удалось сформировать представление, что он без пяти минут демократ и в этом плане чем-то существенным отличается от Путина. При этом, разумеется, в своей реальной практике третий президент РФ руководствуется четким пониманием, что свободу русскому народу давать ни в коем случае нельзя: все цари, вольно или невольно (под давлением истории) пытавшиеся идти таким путем (тот же Александр II с его великими освободительными реформами, Николай II с парламентом или Горбачев с перестройкой-и-гласностью), заканчивали плохо. Несмотря на это, в сознании истеблишмента (российского и международного) Д.А. умудрился стать символом каких-то там "перемен". Как мы и предупреждали, Путин во всей этой конструкции нависающих "перемен" играет роль универсального жупела - Е.К. Лигачева наших дней: дескать, молодой царь очень хочет послать свой народ из дома рабства в направлении чертога свободы, но его предшественник, фараон паршивый, никак не дает.