Как говорится, вы будете смеяться – но Людмила Нарусова снова избрана сенатором от Тувы. Это, значит, уже в третий раз: впервые Людмила Борисовна примерила сенаторскую тогу в октябре 2002-го.

Тогда, помнится, она жаловалась, что «предпочла бы стать сенатором от Петербурга, но при нынешней исполнительной власти это невозможно». Городом в те годы еще правил Владимир Яковлев, которого вдова бывшего мэра, проигравшего ему выборы, ненавидела всеми фибрами души. Впрочем, оба они теперь в одной команде - верно служат президенту Владимиру Путину.

В Петербурге (тогда еще Ленинграде) узнали о существовании Людмилы Борисовны летом 1990 года, вскоре после того, как ее муж стал председателем Ленсовета. Правда, стремление раз за разом «высовываться» рядом со знаменитым мужем вызывает у горожан не лучшую реакцию - Людмилу Борисовну постоянно сравнивают с Раисой Максимовной. Видимо, считая все это лишь признаком зависти “черни”, Нарусова совершает роковую ошибку: голодной осенью 1991-го супруга мэра появляется на роскошном празднестве во дворце Белосельских-Белозерских в розовом тюрбане, а затем начинает перед телекамерами возмущаться слишком упитанным видом женщин, стоящих в сумасшедших очередях за продуктами. Чем, естественно, живо напоминает Марию-Антуанетту с ее известным “Нет хлеба? Пусть едят пирожные!” Неблагодарные подданные реагируют немедленно: госпожа мэрша сразу и навсегда получает прозвище “дама в тюрбане”.

Что было дальше – хорошо известно. Пока Собчак правил городом – все у Людмилы Нарусовой было прекрасно и даже замечательно. Ну, были мелкие скандалы – вокруг улучшения мэрской четой своих жилищных условий, вокруг получения ей дополнительных метров под «творческую мастерскую», вокруг продвижения ее в Госдуму по списку НДР…Но все это с лихвой компенсировалось статусом «первой леди».

Лафа закончилась летом 1996-го, когда Собчак проиграл выборы. Оставалось, конечно, думское кресло – дававшее трибуну и неприкосновенность, но ясно было, что «и это пройдет». А дальше… дальше Нарусову не ждало ничего хорошего.

Но случилось чудо: бывший первый заместитель ее мужа вдруг стал президентом. И после загадочной кончины Анатолия Александровича в феврале 2000 года Владимиру Владимировичу пришлось взять на себя заботу о вдове. Как иначе клясться памятью учителя, демонстрируя свое к нему непреходящее почтение? Правда, еще тогда было замечено, что учителю президента пристало быть только покойным. Чтобы президенту не утомляться его нравоучениями и не опасаться его воспоминаний…

Для начала, Владимир Владимирович пристроил Людмилу Борисовну в советники своей администрации, а затем ей организовали собственную телепередачу «Свобода слова» на питерском РТР. Там каждый из гостей Нарусовой мог совершенно беспрепятственно высказать свое критическое мнение об администрации Владимира Яковлева (и даже обвинить ее в коррупции), и столь же свободно высказаться в поддержку президента Путина и федеральной власти.

Ну, а затем Людмилу Нарусову пристроили в Совет Федерации – как уже сказано, сенатором от Тувы. При ее назначении кто-то из местных парламентариев простодушно заметил: мол, каждая женщина в нашей республике хотела бы жить так, как Людмила Борисовна. Действительно, каждая. Вот только не каждой это удается…

В сенате г-жа Нарусова со временем возглавила комиссию по информационной политике, в которой имела немалый опыт. Помнится, весной 1996 года она не жалела времени на посещение редакций некоторых газет, которые воспевали Анатолия Собчака и «мочили» его конкурентам на губернаторских выборах. Злые языки говорят даже, что она лично распоряжалась, какие материалы ставить, а какие – снимать с полосы. Правда, все это мало помогло.

Параллельно с сенаторской деятельностью, Людмила Борисовна вела программу «Цена успеха» на канале «Россия», а затем – программу «Первая леди» на канале СТО, где рассказывалось о нелегкой доле жен президентов, премьеров и губернаторов. И осенью 2005 года торжественно вступила в Союз журналистов, получив блистательные рекомендации от таких известных борцов за свободу слова, как Алла Манилова и Марина Фокина. Ничего, что, выступая на заседании руководимой ей комиссии, г-жа Нарусова требовала запретить «злоупотребления свободой слова». Это ведь так прекрасно вписывалось в общую линию так почитаемого Людмилой Борисовной лучшего ученика ее покойного супруга…

И вот уже третий раз г-жа Нарусова становится сенатором от Тувы. В связи с этим только ленивый не вспомнит, что когда-то всесоюзная слава ее покойного мужа началась со знаменитого высказывания о «якуте товарище Власове и адыгейце товарище Воротникове». Что бы он сказал сейчас о «тувинке Нарусовой»? Кстати, и с адыгейцами тоже все неплохо: эту республику представляет в Совете Федерации Вячеслав Шверикас - бывший начальник аппарата первого заместителя Собчака Алексея Кудрина.

Вообще-то, само наличие Людмилы Нарусовой в российском сенате – одна из наиболее ярких иллюстраций полной абсурдности принципа его формирования, когда каждый губернатор может отправить туда хоть своего коня, хоть лабрадора, хоть любимого кота.

Пожалуй, с Нарусовой может сравниться разве что дочь орловского губернатора Марина Рогалева (представляющая в Совете Федерации администрацию области, то есть родного папу). Конечно, и большинство остальных не лучше, но все же эти две дамы заметно выделяются на общем фоне. Был бы сенат выборным – их, что называется, и близко там бы не было (и не только их).

Помнится, как-то известный в те времена депутат Госдумы Василий Шандыбин рассказывал о своей реакции на известие о том, что его конкурентом в округе будет Людмила Нарусова. «Я, - говорил правоверный коммунист, - пошел в церковь и поставил свечку, потому что на такую удачу даже рассчитывать не мог»… Поставил дядя Вася свечку не зря. На выборах он победил Нарусову с разгромным счётом.

Но Людмиле Борисовне все это, в общем, как с гуся вода. Статус есть, неприкосновенность – тоже, президент не оставляет своим покровительством. Если введут ценз оседлости для сенаторов (обязанность не менее 10 лет проживать в регионе, который «представляешь) – так г-жа Нарусова заранее подсуетилась переизбраться, теперь на четыре года застрахована.

Если Путин не уйдет – ну, так подберут ей другое теплое место. (Недаром несколько месяцев назад в Пскове почву зондировала на предмет избрания сенатором оттуда). А на тот случай, если Путин все-таки уйдет – так оба нынешних «преемника» тоже питерские, авось не обидят бедную вдову и ее дочь-сиротку. Глядя на последнюю, кстати, так и хочется сказать: почему тех, кого раньше называли просто «шлюха», теперь называют «светская львица»? Что касается первой – ей можно только позавидовать. Извлечь из покойного мужа даже больше пользы, чем из живого – это уметь надо. Не всем дано.